Игорь Сипкин предлагает Вам запомнить сайт «БАЗА 211- ВОЕННАЯ ИСТОРИЯ»
Вы хотите запомнить сайт «БАЗА 211- ВОЕННАЯ ИСТОРИЯ»?
Да Нет
×
Прогноз погоды

ПОЛИТИКА ПРИНАДЛЕЖИТ ПАРТИЯМ, ОТЕЧЕСТВО – АРМИИ.

Царевич Алексей. Был ли "негодным" сын Петра I?

развернуть

Царевич Алексей – весьма непопулярная личность не только у романистов, но и у профессиональных историков. Обычно он изображается безвольным, болезненным, чуть ли не слабоумным юношей, мечтающим о возвращении порядков старой Московской Руси, всячески уклоняющимся от сотрудничества со своим знаменитым отцом и абсолютно непригодным к управлению огромной империей. Приговоривший его к смерти Петр I, напротив, в трудах отечественных историков и романистов изображается героем из античных времен, приносящим своего сына в жертву общественным интересам и глубоко страдающим от своего трагического решения.


Царевич Алексей. Был ли "негодным" сын Петра I?

Пётр I допрашивает царевича Алексея в Петергофе. Художник Н.Н. Ге


«Петр в своем горе отца и трагедии государственного деятеля возбуждает сочувствие и понимание... Во всей непревзойденной галерее шекспировских образов и ситуаций трудно найти что-либо подобное по своему трагизму», – пишет, например, Н. Молчанов. Да и в самом деле, как еще было поступить несчастному императору, если сын намеревался вернуть столицу России в Москву (кстати, где она находится сейчас?), «забросить флот» и удалить от управления страной его верных соратников? Тот факт, что «птенцы гнезда Петрова» прекрасно обошлись без Алексея и самостоятельно уничтожили друг друга (даже невероятно осторожному Остерману пришлось отправиться в ссылку после воцарения любимой дочки предусмотрительного императора), никого не смущает. Российский флот, несмотря на смерть Алексея, почему-то все равно пришел в упадок – адмиралов было полно, а корабли существовали в основном на бумаге. В 1765 г. Екатерина II жалуется в письме к графу Панину: «У нас нет ни флота, ни моряков». Но кому это интересно? Главное ведь, как утверждают официальные историографы Романовых и солидарные с ними советские историки, что смерть Алексея позволила нашей стране избежать возврата в прошлое.
И лишь редкому читателю околоисторических романов придет в голову странная и крамольная мысль: а что, если именно такой, не унаследовавший темперамент и воинственный нрав своего отца правитель и нужен был смертельно уставшей и разоренной России? Так называемые харизматичные лидеры хороши в малых дозах, два великих реформатора подряд – это уже слишком: страна ведь и сломаться может. Вот в Швеции, например, после смерти Карла XII отмечается явный дефицит людей, готовых во имя великих целей и народного блага пожертвовать жизнью нескольких десятков тысяч своих сограждан. Шведская империя не состоялась, Финляндия, Норвегия и Прибалтика потеряны, но никто в этой стране по данному поводу не сокрушается.

Конечно, сравнение русских и шведов не вполне корректно, т.к. скандинавы от избыточной пассионарности избавились еще в эпоху викингов. До смерти напугав Европу страшными воинами-берсерками (последним из которых можно считать заблудившегося во времени Карла XII) и, обеспечив исландских скальдов богатейшим материалом для создания замечательных саг, они могли позволить себе занять место не на сцене, а в партере. Россиянам же, как представителям более молодого этноса, еще предстояло выплеснуть свою энергию и заявить о себе, как о великом народе. Но для успешного продолжения дела, начатого Петром, как минимум нужно было, чтобы в обезлюдевшей стране выросло новое поколение солдат, родились и получили образование будущие поэты, ученые, полководцы и дипломаты. Пока они не придут, в России ничего не изменится, но они придут, придут очень скоро. Уже появились на свет В.К.Тредиаковский (1703 г.), М.В.Ломоносов (1711 г.) и А.П.Сумароков (1717 г.). В январе 1725 г., за две недели до смерти Петра I родится будущий фельдмаршал П.А.Румянцев, 8 февраля 1728 г. – основатель русского театра Ф.Г.Волков, 13 ноября 1729 г. – А.В.Суворов. Преемник Петра должен обеспечить России 10, а лучше – 20 лет покоя. И планы Алексея вполне соответствуют исторической ситуации: «Войско стану держать только для обороны, а войны ни с кем иметь не хочу, буду довольствоваться старым», – сообщает он в доверительных беседах своим сторонникам. А теперь подумайте, неужели настолько плох несчастный царевич, что даже царствования вечно пьяной Екатерины I, жутковатой Анны Иоанновны и развеселой Елизаветы следует признать подарком судьбы? И такое ли уж благо династический кризис, потрясший российскую империю в первой половине XVIII века и последовавшая за ним эпоха дворцовых переворотов, приводивших к власти крайне сомнительных претендентов, правление которых Жермена де Сталь охарактеризовала как «самодержавие, ограниченное удавкой»?

Прежде чем ответить на эти вопросы, следует сказать читателям, что Петр I, который, по словам В.О. Ключевского, «разорил страну хуже всякого неприятеля», был вовсе не популярен среди своих подданных и отнюдь не воспринимался ими как герой и спаситель отечества. Эпоха Петра Великого для России стала временем кровопролитных и далеко не всегда удачных войн, массовых самосожжений старообрядцев и крайнего обнищания всех слоев населения нашей страны. Мало кому известно, что именно при Петре I возник известный по многим произведениям русской литературы классический «дикий» вариант российского крепостничества. А о строительстве Санкт-Петербурга В. Ключевский сказал: «Нет в истории сражения, которое унесло бы столько жизней». Не удивительно, что в народной памяти Петр I остался царем-притеснителем, и даже более того – Антихристом, явившимся в наказание за грехи российского народа. Культ Петра Великого стал внедряться в народное сознание лишь во время правления Елизаветы Петровны. Елизавета была незаконной дочерью Петра (она родилась в 1710 г., тайное венчание Петра I и Марты Скавронской состоялась в 1711 г., а их публичная свадьба – лишь в 1712 г.) и потому в качестве претендента на престол никогда и никем всерьез не рассматривалась. Взойдя на российский трон благодаря дворцовому перевороту, осуществленному кучкой солдат Преображенского гвардейского полка, Елизавета всю жизнь опасалась стать жертвой нового заговора и возвеличиванием деяний своего отца стремилась подчеркнуть законность своих династических прав.

В дальнейшем культ Петра I оказался чрезвычайно выгоден другой особе с авантюрными чертами характера – Екатерине II, которая, свергнув внука первого российского императора, объявила себя наследницей и продолжательницей дела Петра Великого. Чтобы подчеркнуть новаторский и прогрессивный характер правления Петра I, официальным историкам Романовых пришлось пойти на подлог и приписать ему некоторые новшества, получившие распространение при его отце Алексее Михайловиче и брате Федоре Алексеевиче. Российская империя во второй половине XVIII века была на подъеме, великие герои и просвещенные монархи образованной части общества требовались гораздо больше, нежели тираны и деспоты. Поэтому неудивительно, что к началу XIX века преклонение перед гением Петра стало считаться хорошим тоном в среде российского дворянства.

Однако отношение простого народа к этому императору оставалось в целом отрицательным, и потребовался гений А.С. Пушкина, чтобы кардинально изменить его. Великий русский поэт был неплохим историком и умом понимал противоречивость деятельности своего любимого героя: "Я разобрал теперь много материалов о Петре и никогда не напишу его историю, потому что есть много фактов, которых я никак не могу согласить с личным моим к нему уважением", – писал он в 1836 г. Однако сердцу не прикажешь, и поэт легко победил историка. Именно с легкой руки Пушкина Петр I стал истинным кумиром широких народных масс России. С укреплением авторитета Петра I репутация царевича Алексея погибла окончательно и бесповоротно: если неустанно пекущийся о благе государства и своих подданных великий император вдруг начинает лично пытать, а потом подписывает приказ о казни своего родного сына и наследника, значит, было за что. Ситуация как в немецкой поговорке: если собаку убили, значит, она была чесоточной. Но, что же произошло в императорской семье на самом деле?

В январе 1689 г. 16-летний Петр I по настоянию своей матери женился на Евдокии Федоровне Лопухиной, которая была старше его на три года. Такая жена, выросшая в закрытом тереме и весьма далекая от насущных интересов юного Петра, конечно, не устраивала будущего императора. Очень скоро несчастная Евдокия стала для него олицетворением ненавистных порядков старой Московской Руси, боярской лени, спеси и косности. Несмотря на рождение детей (Алексей родился 8 февраля 1690 г., затем родились Александр и Павел, умершие в младенчестве), отношения между супругами были весьма натянутыми. Ненависть и презрение Петра к жене не могли не отразиться и на его отношении к сыну. Развязка наступила 23 сентября 1698 г.: по приказу Петра I царицу Евдокию увезли в Покровский Суздальский девичий монастырь, где она была насильно пострижена в монахини.

В истории России Евдокия стала единственной царицей, которой при заключении в монастырь не было назначено никакого содержания и не выделено прислуги. В этом же году были раскассированы стрелецкие полки, за год до этих событий был опубликован указ о бритье бород, а в следующем году – введен новый календарь и подписан указ об одежде: царь менял все – жену, армию, внешний вид своих подданных, и даже время. И лишь сын, за неимением другого наследника, пока оставался прежним. Алексею было 9 лет, когда сестра Петра I Наталья вырвала мальчика из рук насильно увозимой в монастырь матери. С тех пор он стал жить под присмотром Натальи Алексеевны, которая относилась к нему с нескрываемой ненавистью. Отца царевич видел редко и, видимо, не очень страдал от разлуки с ним, так как был далеко не в восторге от бесцеремонных фаворитов Петра и от шумных пиров, принятых в его окружении. Тем не менее, доказано, что открытого недовольства отцом Алексей никогда не выказывал. От учебы он также не уклонялся: известно, что царевич неплохо знал историю и священные книги, в совершенстве овладел французским и немецким языками, изучил 4 действия арифметики, что немало для России начала XVIII столетия, имел понятие о фортификации. Сам Петр I в возрасте 16 лет мог похвастаться лишь умением читать, писать и знанием двух действий арифметики. Да и старший современник Алексея, знаменитый французский король Людовик XIV на фоне нашего героя может показаться неучем.

В 11 лет Алексей едет с Петром I в Архангельск, а через год в звании солдата бомбардирской роты он уже участвует во взятии крепости Ниеншанц (1 мая 1703 г.). Обратите внимание: «кроткий» Алексей впервые принимает участие в войне в 12 лет, его воинственный отец – лишь в 23 года! В 1704 г. 14-летний Алексей неотлучно находится в войсках во время осады Нарвы. Первая серьезная размолвка императора с сыном произошла в 1706 г. Причиной тому послужило тайное свидание с матерью: Алексей был призван в Жолкву (ныне Нестеров близ Львова), где получил строгий выговор. Однако в дальнейшем отношения Петра и Алексея нормализовались, и император отправляет сына в Смоленск для заготовки провианта и сбора рекрутов. Рекрутами, что прислал Алексей, Петр I остался недоволен, о чем и объявил в письме к царевичу. Однако дело здесь, видимо, было не в недостатке усердия, а в сложной демографической ситуации, которая сложилась в России не без помощи самого Петра: «Вокруг в то время лучше не мог вскоре найти, а ты изволил, чтоб прислать вскоре», – оправдывается Алексей, и отец вынужден признать его правоту. 25 апреля 1707 г. Петр I посылает Алексея руководить ремонтом и сооружением новых укреплений в Китай-городе и Кремле. Сравнение опять не в пользу знаменитого императора: 17-летний Петр забавляется строительством небольших суденышек на Плещеевом озере, а его сын в том же возрасте готовит Москву к возможной осаде войсками Карла XII. Кроме того, Алексею поручается руководить подавлением Булавинского восстания. В 1711 г. Алексей находится в Польше, где руководит заготовками провианта для российской армии, находящейся за границей. Страна была разорена войной и потому деятельность царевича особыми успехами не увенчалась.

Ряд весьма авторитетных историков подчеркивает в своих трудах, что Алексей во многих случаях был «номинальным руководителем». Согласившись с данным утверждением, следует сказать, что такими же номинальными полководцами и правителями являлось большинство его прославленных сверстников. Мы спокойно читаем сообщения о том, что двенадцатилетний сын знаменитого князя Игоря Владимир в 1185 г. командовал дружиной города Путивль, а его сверстник из Норвегии (будущий конунг Олав Святой) в 1007 г. разорил побережья Ютландии, Фризии и Англии. Но только в случае с Алексеем злорадно замечаем: а ведь не мог всерьез руководить из-за молодости и неопытности.

Итак, до 1711 г. император был достаточно терпим к сыну, а потом его отношение к Алексею вдруг резко меняется в худшую сторону. Что же произошло в том злополучном году? 6 марта Петр I тайно венчался с Мартой Скавронской, а 14 октября – Алексей женился на кронпринцессе Брауншвейг-Вольфенбюттельской Шарлоте Христине-Софии. В это время Петр I впервые задумался: кому же теперь быть наследником престола? Сыну от нелюбимой жены Алексею или детям горячо любимой женщины, «друга сердешного Катеринушки», которая скоро, уже 19 февраля 1712 г. станет русской императрицей Екатериной Алексеевной? Отношения нелюбимого отца с нелюбезным его сердцу сыном и ранее трудно было назвать безоблачными, теперь же они портятся окончательно. Алексей, который и прежде боялся Петра, теперь испытывает панический страх при общении с ним и, чтобы избегнуть унизительного экзамена при возвращении из-за границы в 1712 г. даже стреляет в ладонь. Обычно данный случай представляют в качестве иллюстрации тезиса о патологической лени наследника и его неспособности к обучению. Однако давайте представим себе состав «экзаменационной комиссии». Вот, с трубкой во рту, развалившись на стуле, сидит не вполне трезвый государь Петр Алексеевич. Возле него, нагло ухмыляясь, стоит неграмотный член Королевской Академии наук Великобритании Александр Данилыч Меншиков. Рядом толпятся другие «птенцы гнезда Петрова», которые внимательно следят за любой реакцией своего повелителя: улыбнется – бросятся целовать, нахмурится – растопчут без всякой жалости. Хотели бы вы оказаться на месте Алексея?

В качестве других доказательств «негодности» наследника престола часто приводятся собственноручные письма царевича к отцу, в которых он характеризует себя как ленивого, необразованного, слабого физически и душевно человека. Здесь следует сказать, что вплоть до времен Екатерины II право быть умным и сильным в России имел лишь один человек – правящий монарх. Все остальные в официальных документах, адресованных царю или императору, именовали себя «скудными разумом», «убогими», «нерасторопными холопами», «недостойными рабами» и прочая, прочая, прочая. Поэтому, самоунижаясь, Алексей, во-первых, следует общепринятым правилам хорошего тона, а во-вторых, демонстрирует свою лояльность к отцу-императору. А о показаниях, полученных под пытками, мы в данной статье даже и говорить не будем.

После 1711 г. Петр I начинает подозревать сына и невестку в коварстве и в 1714 г. посылает госпожу Брюс и игуменью Ржевскую проследить, как пройдут роды кронпринцессы: не дай Бог, подменят мертворожденного ребенка и окончательно закроют путь наверх детям от Екатерины. Рождается девочка и ситуация на время теряет свою остроту. Но 12 октября 1715 г. в семье Алексея рождается мальчик – будущий император Петр II, а 29 октября того же года рождается сын императрицы Екатерины Алексеевны, также названный Петром. Жена Алексея умирает после родов и на поминках по ней император вручает сыну письмо с требованием «нелицемерно исправиться». Не блестяще, но достаточно исправно служившего 25-летнего сына Петр упрекает в нелюбви к военному делу и предупреждает: «Не мни себе, что один ты у меня сын». Алексей все понимает правильно: 31 октября он отказывается от притязаний на престол и просит отца отпустить его в монастырь. И Петр I испугался: в монастыре Алексей, став недоступным для светской власти, по-прежнему будет опасен для долгожданного и заранее любимого сына Екатерины. Петр прекрасно знает, как относятся к нему подданные и понимает, что благочестивый сын, безвинно пострадавший от произвола отца-«антихриста» непременно будет призван к власти после его смерти: клобук гвоздями к голове не приколочен. Вместе с тем император не может и явно противиться благочестивому желанию Алексея. Петр приказывает сыну «подумать» и берет «тайм-аут» – уезжает за границу. В Копенгагене Петр I делает очередной ход: он предлагает сыну на выбор: уйти в монастырь, или ехать (не одному, а с любимой женщиной – Евфросиньей!) к нему за границу. Это очень похоже на провокацию: доведенному до отчаяния царевичу дается возможность бежать, чтобы потом его можно было казнить за измену родине.

В 30-х годах ХХ века Сталин попытался повторить этот трюк с Бухариным. В феврале 1936 г. он, в надежде на то, что жестоко критикуемый в «Правде» «любимец партии» сбежит и навсегда погубит свое доброе имя, отправил его вместе с горячо любимой женой в Париж. Бухарин, к великому разочарованию вождя народов, вернулся.

А наивный Алексей попался на удочку. Петр рассчитал правильно: Алексей не собирался изменять родине и потому не стал просить убежища в Швеции («Герц, этот злой гений Карла XII... страшно жалел, что не удалось использовать предательство Алексея против России», – пишет Н. Молчанов) или в Турции. Можно было не сомневаться, что из этих стран Алексей после смерти Петра I рано или поздно возвратился бы в Россию императором, но царевич предпочел нейтральную Австрию. Ссориться с Россией австрийскому императору было незачем, и потому эмиссарам Петра не составило особого труда вернуть беглеца на родину: «Посланному в Австрию Петром, чтобы вернуть Алексея, П.А. Толстому удалось с удивительной легкостью выполнить свою задачу... Император поспешил отделаться от своего гостя» (Н. Молчанов).

В письме от 17 ноября 1717 г. Петр I торжественно обещает сыну прощение, и 31 января 1718 г. царевич возвращается в Москву. А уже 3 февраля начинаются аресты среди друзей наследника. Их пытают и заставляют дать нужные показания. 20 марта для расследования дела царевича создается печально знаменитая Тайная канцелярия. 19 июня 1718 г. стало днем начала пыток Алексея. От этих пыток он и умер 26 июня (по другим данным, был задушен, чтобы не приводить смертный приговор в исполнение). А уже на следующий день, 27 июня, Петр I устроил роскошный бал по случаю годовщины Полтавской победы.

Так что никакой внутренней борьбы и никаких колебаний императора не было и в помине. Закончилось же все очень печально: 25 апреля 1719 г. умер сын Петра I и Екатерины Алексеевны. Проведенное вскрытие показало, что мальчик был неизлечимо болен с момента рождения, и Петр I напрасно погубил своего первого сына, очищая второму путь к трону.
Автор: Рыжов В.А.

Источник →

Ключевые слова: история, Книги
Опубликовал Игорь Сипкин , 23.05.2018 в 09:01
1
Показы: 1 Охват: 0 Прочтений: 0

Комментарии

Показать предыдущие комментарии (показано %s из %s)
Показать новые комментарии
Комментарии Facebook

О сайте

Присоединиться к сайту нажатием кнопки

новые читатели

66562 пользователям нравится сайт s30116489994.mirtesen.ru

Поиск по блогу

Последние комментарии

Пилипченко Владимир
Pasha C
Тебе уже мозги водочкой промыли, несешь всякую чушь
Pasha C Осторожно, в России проводится израильская спецоперация!
Pasha C
Pasha C
Владислав Малиновский
Вера Васильева
Вера Васильева
Антон Писиканцев
ENDM
Artur
Сигизмунд
Pasha C
Вперед и с песней - Флаг тебе в руки
Pasha C Осторожно, в России проводится израильская спецоперация!
Pasha C
Pasha C
Алексей Т.
Pasha C
Задай сам себе вопрос! ПОЧЕМУ?
Pasha C Осторожно, в России проводится израильская спецоперация!
Евгения Васильева
15
Евгения Васильева Осторожно, в России проводится израильская спецоперация!
Отари Хидирбегишвили
Евгения Васильева
Самков Валерий